Рецепт успеха от Ральфа Йирикяна

Руководитель одной из наиболее успешных отечественных компаний Армении – ВиваСелл-МТС – Ральф Йирикян продолжает удивлять своей стабильно успешной профессиональной деятельностью, широкомасштабными благотворительными акциями, верностью семейным традициям, искренностью и даже… самым скромным рабочим кабинетом, какого мне, по крайней мере, не доводилось видеть ни у кого из деятелей такого ранга. Накануне Нового года «Пятница» знакомит своих читателей с Ральфом Йирикяном-человеком, вторгаясь на его личную территорию.

-Господин Йирикян, в конце года принято подводить итоги: что сделано, какие были достижения, что не удалось осуществить. Вы задаете себе такие вопросы? Если – да, хотелось бы узнать ответы на них.
-Разумеется, всегда задаешься такими вопросами. Кто не задает их, либо не работает, либо не подводит итоги прошедшего года, пытаясь осмыслить, что следовало сделать иначе, чтобы добиться лучших результатов. Не будем забывать, что в экономическом плане нынешний год оказался особенно тяжелым для нашей сферы деятельности, по сравнению с прошлым годом доходы снизились. Мы постоянно думали над тем, правильную ли стратегию избрали, хотя и понимали, что на то имеются и внешние причины. В конечном итоге пришли к выводу, что действовали правильно. Что касается следующего года, то мы откорректируем некоторые направления нашей стратегии, чтобы суметь противостоять экономическим вызовам.
Что же касается параллельно проводимых других видов деятельности, а именно – корпоративно-социальной ответственности, здесь мы реализуем различные программы в областях, селах, приграничных районах. Но должен сказать, что каждый раз посещая ту или иную сельскую местность, я испытываю чувство неудовлетворенности оттого, что многое остается за рамками нашей помощи, поскольку бюджетные возможности не беспредельны, всегда хочется сделать гораздо больше намеченного. Но оптимистический взгляд в будущее позволяет надеяться, что все планы удастся претворить в жизнь.
Что вы считаете своим главным достижением на профессиональном поприще?
— Многое. Но с годами поставленные цели меняются. Если говорить о профессиональных достижениях, ни один руководитель не способен достичь чего-либо, если не работает в контакте с командой единомышленников, если не находится в равном с ними положении, так сказать, на одной доске. Достижение – это осуществление намеченных планов. А они осуществляются при наличии не только работоспособности, но и скромности, простоты и прозрачности в отношениях. Конечно, роль руководителя весьма значима, но это не значит, что он должен проводить водораздел между собой и остальными сотрудниками, ставить себя выше, а других ниже. Руководитель прежде всего сам должен придерживаться тех «правил игры», которые диктует другим, чтобы все видели, что ему можно доверять, а значит, можно доверять и проводимым им идеям. Надеюсь, я достиг этого. Во всяком случае, стремлюсь к таким отношениям.
- У Вас множество наград и званий, какими из них дорожите больше всего и почему?
-Первую свою награду я получил от Министерства культуры. Это была золотая медаль, и она оказалась дверью, за которой открылись другие. У каждой из моих наград и титулов – своя цена, за каждой – определенное событие или достижение, и каждая занимает свое место в нашем доме. Это некие ориентиры, на которых воспитываются мои дети, учась, как надо правильно жить, трудиться, протягивать руку помощи. Усвоив эти простые истины, они и сами смогут увидеть плоды своих заслуг. Хочу, чтобы мои наставления осели в них, как якорь, чтобы они продолжили путь, проложенный их отцом.
В 2008-м году Вы стали Человеком года города Гюмри. Это был год двадцатилетия Спитакского землетрясения. Каким оказался этот год для Вас, с какими связан воспоминаниями? Буквально на днях я принимала гостей из Гюмри, и когда спросила, за что Вам присудили это обязывающее громкое звание, мне ответили, что для Гюмри того времени Ваш дар, благодаря которому много семей обрели кров над головой, был просто спасением, о нем вспоминают по сей день.
— Когда мне присвоили это звание и я стоял на сцене, чувствовал не гордость и не радость, а боль, чувствовал себя просто ужасно от того, что увидел, в каких условиях жили гюмрийцы.
Это было Ваше первое посещение Гюмри?
— Нет, я приезжал и до этого, но во времянках не бывал. Увиденное потрясло меня, это было ужасно, это мучило мою совесть. Многие ведь и сегодня лишены жилья. Мы разработали программу, благодаря которой удалось обеспечить жильем несколько гюмрийских семей. А гюмрийцы – люди чести, не любят оставаться в долгу и присвоили мне звание Человека года.
Благотворительность – непременное условие общественной деятельности большинства (если не сказать – всех) успешных зарубежных компаний и предпринимателей, известных деятелей науки, культуры, спорта во всем мире. Имеется ли своя специфика у благотворительности в Армении?
— Подобного рода деятельность для компаний – это корпоративная социальная ответственность. Благотворительностью занимаются отдельные лица или фонды. Наша компания уже десять лет осуществляет стратегию и тактику развития в экономике, различных областях здравоохранения, образования, культуры, с сознанием того, что делается всё это для лучшего будущего. Не будем забывать, какой переворот совершила наша компания в телекоммуникационной сфере. Мы разрушили монополию, благодаря нам этот рынок стал открытым и конкурентоспособным, мы стали катализаторами этого рынка, самым мощным, финансово успешным его представителем. Сегодня мы – не только на самых передовых позициях, но и самые крупные налогоплательщики в этой сфере. У нас самые передовые технологии и, соответственно, самая высокая ответственность. В том числе – за улучшение социальных условий жизни наших сограждан.
Когда же благотворительностью занимается отдельный человек, он делает это из своего кармана, или за счет семейного бюджета, увы, не всегда бескорыстно, и надо уметь отличать настоящую благотворительность от той, которая преследует определенные цели.
Йирикяна – руководителя крупной компании, Йирикяна – общественного деятеля достаточно хорошо знают в Армении. Йирикян-человек практически неизвестен. Мы знаем только, что родились Вы в Ливане, в Кефарчиме (кстати, что такое Кефарчим – город, местность, селение?), в семье со скромным достатком, где росло четверо детей. Пожалуйста, расскажите о своей семье, о себе.
-В паспорте местом моего рождения действительно указан Кефарчим, хотя на самом деле я родился в Бейруте, а Кефарчим – это предместье Бейрута. В Бейруте я посещал армянскую школу, потом учился в Американском университете и до 92-го года работал там. У меня два брата-близнеца и младшая сестра. Разница с братьями – 1,2 года, с сестрой – девять лет. Мы все ходили в одну школу, были крещены в церкви Сурб Акоп, там же все венчались (кроме сестры), с настоятелем по сей день поддерживаем самые теплые отношения. Бывая в Ереване, он навещает нас. Мой дед Мартирос – родом из Аданы, и хотя он знал армянский, ни разу не говорил с нами на родном языке, даже отца нашего не научил армянскому. Видимо, это был некий комплекс, психологический барьер – он был из тех, кто чудом спасся от резни в Адане. Мои родители тоже не знали армянского, мать – потому, что не была армянкой, отец – потому, что его отец не научил. Тем не менее они определили всех своих детей в армянскую школу. И дома мы, дети, между собой говорили по-армянски, а с родителями – на арабском.
Вы единственный из четверых детей получили высшее образование?
— Высшее образование – у меня и у сестры, она экономист, работает бухгалтером, братья избрали ремесло, у всех наших жен – высшее образование.
В Американский университет Бейрута Вы поступили в двадцатилетнем возрасте. Надо полагать, поступали не сразу по окончании школы. Почему, какие на то были причины?
— Да, действительно, из-за войны пришлось дважды учиться в выпускном классе. Точнее – война на год отбросила учебу.
Ваша семья жила в довольно стесненных условиях и вряд ли могла обеспечить материальную сторону вашего обучения. У Вас были спонсоры, или Вы всего добились сами?
— Руководство университета, видя мои успехи, взяло на себя часть расходов, кроме того, я обратился за помощью в армянскую епархию и еще работал в университетской библиотеке. Я обращался и в Фонд Гюльбенкяна, но там мне было отказано, хотя другим студентам, которые учились далеко не лучше меня, Фонд выделял помощь. Когда мы стояли в очереди к окошку бухгалтерии, чтобы оплатить учебу, я из этого же окошка получал зарплату. И в кармане у меня даже оставались лишние деньги. Так что я ни на луму не доставил хлопот своим родителям.
Какие у Вашей семьи были традиции, которые, возможно, сохранились по сей день?
— В час дня, чем бы мы ни были заняты, должны были усаживаться за обеденный стол. До сих пор, когда бываем в Ливане, к часу дня мама всех нас ждет на обед. И жена моя переняла эту привычку. Даже здесь в час дня она присылает мне обед на работу. И еще в нашей семье по субботам и воскресеньям принято было всей родней собираться за столом. Эту традицию моя жена тоже пытается никогда не нарушать.
Как Вы встречали Новый год и Рождество в Ливане?
— Новый год мы всегда встречали и продолжаем встречать у одного из братьев. Собираемся семьями, приходит Дед Мороз. На следующий день собираемся уже в ресторане, где, кроме нас, присутствует и родня наших жен. А рождественскую ночь непременно отмечаем в отчем доме.
Вы работали в Ливане, на Кипре, сейчас – в Армении, куда, по вашему признанию, приехали по зову сердца. Сердце не обмануло? С какими трудностями пришлось столкнуться на первых порах, что доставляет дискомфорт сейчас?
— Сердце меня никогда не обманывало. Если какие-то личности доставляют неприятности, то земля – непреходяща и вечна. Вечны добрые дела. Надо быть оптимистом, позитивно смотреть на вещи – это помогает преодолевать трудности. Впервые приехав в Армению в августе 2001 года, я понимал, что выбираю другую жизнь. Я начинал свою работу в Арцахе. Было трудно. Здесь был другой язык, много русских и даже турецких непонятных слов. Это был другой опыт, но хороший опыт. Нет такой деятельности в сфере экономики, которая была бы лишена трудностей. Чем выше гора, тем труднее ее покорять.
Господин Йирикян, Вы так образно говорите, что я подозреваю, что пишете стихи. Я не ошибаюсь?
— Писал, действительно. С 16-и лет и до женитьбы.
Женитьба лишила Вас вдохновения?
— Вовсе нет. Мы с женой жили в разных странах, и каждую неделю писали друг другу письма. В каждом письме я отправлял Армик какое-нибудь стихотворное послание. Когда съехались, надобность в стихах отпала. Да и работа мало способствовала тому, чтобы писать стихи. Я не только стихи сочинял, еще и рисовал хорошо. Бабушка сохранила все мои рисунки. Рисовал я в основном войну. Вообще-то я мечтал стать архитектором, но из-за войны пришлось избрать другую стезю. В школе на уроках рисования мне приходилось рисовать домашнее задание всему классу, последний рисунок я делал себе – с небольшими изменениями, чтобы он отличался от остальных.
А чем занимаются Ваши дети? Какие интересы у них?
— Учатся в школе. У дочери, Сарин, ярко выраженные гуманитарные способности: она хорошо пишет сочинения, прекрасно излагает свои мысли, хочет учиться международным отношениям. Окончила музыкальную школу, но сейчас, когда прошу ее что-нибудь сыграть, отказывается, хотя для себя иногда музыцирует. Сын, Нарек, музыкальную школу посещает с большой охотой. Любит копаться в разных технических устройствах, изучать, как и из чего, из каких деталей всё устроено. В машинах разбирается лучше меня.
У Вас при всей Вашей занятости остается время на семью и детей? Как Вы это время проводите? В том числе и свое свободное время чему отдаете?
— Раньше читал книги. Сейчас вожусь со своими птицами. Развожу их, дарю. С детьми играем в футбол. Собираемся несколько семей, гоняем мяч, смотрим, как играют дети. Иногда ходим в походы.
Как Вы познакомились со своей женой? Что Вы в ней больше всего цените?
— Познакомились в университете, где учились оба. Я окончил университет раньше нее. Она подарила мне цветы – в благодарность за то, что я отправил ей пригласительный на свой выпускной вечер. С этого все началось. Она очень сильная, очень любит семью, приносит себя в жертву, посвящая всю себя семье, мужу, детям.
Вы считаете это жертвой?
— В наше время это – жертвенность. Сегодня мало таких женщин. Это высшее проявление любви.
Вы сказали, что каждый Новый год встречаете с семьей в Ливане. Вы никогда не изменяли этому правилу? В этом году тоже поедете к родным?
— Да, этот Новый год мы тоже встретим по старой традиции. До женитьбы я изредка встречал Новый год с друзьями, за границей, но сейчас – только в кругу семьи.
Как стать успешным? У вас есть свой рецепт?
— Работать. Быть скромным, равным среди равных, прозрачным в отношениях, служить примером, принимать критику и учиться на ней, всегда думать позитивно, быть оптимистом.
Господин Йирикян, спасибо Вам за то, что уделили время «Пятнице». Удачи Вам во всех начинаниях, и с наступающим Новым годом!

Роза Егиазарян

Об Авторе

Похожие материалы

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *