Путешествие из Сан-Франциско в…

Ученик и соратник С. Параджанова, театральный режиссер и актер Слава Степанян

Ученик и соратник С. Параджанова, театральный режиссер и актер Слава Степанян

Из аэропорта «Домодедово» в город я ехала на желтом такси. Шофер, приветливый человек средних лет, поинтересовался, откуда мой рейс и, услышав, что из Вены, объявил, что там лучшая в мире филармония. «Вы на отдых летаете в Вену? — спросила я. «Никогда там не был, — ответил он, — но филармония там, я знаю точно, лучшая в мире. А отдыхаю я в Израиле». «Нет, я не еврей, — ответил он на мой невысказанный вопрос, — я армянин, просто люблю Израиль».
Оказался выпускником ВГИКа и чем только ни занимался в своей жизни — и режиссером был, и бизнесменом, и взлеты были, и не взлеты… Тонкий знаток армянской истории, он успел за полтора часа, что пробирались в пятничных пробках, удивить не самыми известными сведениями об армянских царях. Тонкий знаток музыки, дал мне послушать самых любимых своих музыкантов и певцов — и джаз, и классику, и дудук, и зурну, и скрипку… Наклонялся к своему смартфону и вкрадчиво уговаривал: «А ну-ка, Google, покажи нам …» А услышав, что я никогда-никогда не видела спектаклей Московского Армянского Театра Славы Степаняна, заявил, что я просто обязана восполнить этот пробел. Каюсь, я действительно ничего не слышала про этот театр, где брат Карэна, так звали моего соотечественника, оказывается, служит актером. Стыд мне и позор! А между тем театр этим летом на Авиньонском фестивале был признан лучшим в номинации «Лучшие спектакли по произведениям русских классиков» — за спектакль » Предложение+» по Чехову. Мне и вправду было бы очень любопытно посмотреть, что это такое, да вот незадача: сезон у театра начинается 18 сентября, то есть тогда, когда меня уже в Москве не окажется, настанет время — снова через Вену — возвращаться обратно в Сан-Франциско. Но я очень рекомендую всем моим друзьям пойти на этот спектакль: все-таки в Авиньоне награды и сертификаты просто так, абы кому, не выдадут.

***

За платком Вероники, 1953

За платком Вероники, 1953

Художник из Сан-Франциско Владимир Витковский — чудный художник, чудный мой друг и ценитель Дали, — распланировал свое летнее путешествие в Европу (Германия, Австрия, Чехия) таким образом, чтобы оказаться в Вене одновременно со мной и вместе пошататься по венским картинным галереям. Первым делом мы отправились к Эрнсту Фуксу, основателю школы венского фантастического реализма, своеобразной разновидности сюрреализма, которая плодотворно развивается и по сей день. Как оказалось, об этом визите Володя мечтал уже двадцать лет, а я, весьма прохладно относящаяся к кумиру Фукса — Дали, но очень любящая Магритта, к стыду своему, узнала о Фуксе только накануне посещения. Знакомиться с венским фантастическим реализмом и его гуру мы отправились компанией из пяти человек: кроме нас с Володей были мой брат Борис Тосунян, его жена Нунэ Умр-Шат и моя замечательная подруга Слава Тарощина.
Музей имени себя самого экстравагантный художник Фукс создал после того, как в 1972 году купил виллу, построенную знаменитым австрийским архитектором Отто Вагнером в одном из окраинных районов Вены, отреставрировал это потрясающее здание в стиле позднего барокко в соответствии со своими вкусами и представлениями (здание находилось в плачевном состоянии) и насытил его картинами, гравюрами, скульптурами, росписями, канделябрами, люстрами, драпировками, образчиками удивительной, неповторимой, но весьма функциональной и удобной мебели по собственным сумасшедшим эскизам… Поверьте, невероятно увлекательное зрелище! Сплав безумного сюрреализма, алхимической символики, средневековой стилистики, изощренной гравюры и традиционной иконографии — это нечто адское и плотское, возвышенное и приземленное. Это нужно видеть воочию.
w 30«Спроси, что это такое?», — просит Володя, тыча пальцем в одну из выпуклостей одной их работ, спрятавшейся под панцирем стекла. Я спрашиваю. «Это салфетки, тонкие мятые салфетки, — отвечает наш молодой гид, показывая на странные выпуклые разводы. «Я мечтал это услышать, — улыбается Володя, — я так и знал»…
«Господин Фукс не здесь ведь сейчас живет, не в Австрии, не так ли?» — светским тоном пытаю нашего гида. Тот указывает на одну из дверей холла и заговорщически снижает голос: «Он живет здесь, внизу, на нижнем этаже (дом стоит на возвышении), вернулся недавно и живет теперь здесь. Почти инкогнито. Не любит, когда его беспокоят».
Мы отправляемся дальше — блуждать по этому невероятному дому, притихшие, но еще более сюрреалистически настроенные, ибо явственно ощутили уже живое присутствие живого классика, который сидит на самом нижнем этаже виллы Отто Вагнера, работает, или отдыхает, или размышляет… О чем? Мало ли о чем может размышлять состоявшийся великий художник, друг Дали, Хундертвассера, отец 28 детей, рожденных от, как минимум, восьми жен.

***

Родственник моей знакомой московской армянки после долгих поисков работы устроился-таки на тепленькое место — на работу в кампанию по расфасовке и перетасовке продуктов питания для супермаркетов. Схема работы проста и как все простое — гениальна. Поступающий в кампанию из элитной «Азбуки Вкуса» непроданный в срок, скажем, рис, внимательно досматривается и, снабженный наклейкой с новыми сроками реализации, отправляется в … «Седьмой Континент». Залежавшийся уже в этом торговом заведении этот же продукт, опять-таки со свежеиспеченной наклейкой, отправляется прямиком в …»Перекресток». Здешние товары, невыкупленные в срок, а потому вовремя несъеденные и невыпитые жителями и гостями столицы, после соответствующей реанимации ссылаются в «Пятерочку». А уж те, что бессовестно залежатся в «Пятерочке», рассыплются, развалятся, раскрошатся, будут аккуратно сметены в одну общую емкость, перемешаны (белый, черный, коричневый рис), уложены в красивые мешочки, красиво же перевязаны и снабжены наклейкой «Ручная сборка». Этот элитный товар предназначается для элитных залов «Азбуки Вкуса». Красивый круговорот!
За что купила — за то продаю!

Ирина Тосунян

Об Авторе

Похожие материалы

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *