Небесам нужны чистые

Утро 21 мая ворвалось ужасным известием, разделив жизнь на две части: ту, в которой был Тер Григор, и ту, где его уже нет. Он казался вечным, с его непревзойденным юмором, доброй и мудрой улыбкой, с его умением двумя фразами вернуть тебя из глубокой депрессии к жизни. Известию этому не верилось, хотелось думать, что это чья-то чудовищно неудачная шутка, опечатка, ошибка, ведь переговаривались же еще неделю назад, смеялись, шутили…

Человек без наносного

Поразительно, но Тер Григор (в миру – Армен) Маркосян не имел не то что врагов или хотя бы недоброжелателей, но ведь просто не существует на свете человека, который бы не просветлел лицом и не улыбнулся по-доброму, услышав это имя. Знакомство длиною в четверть века дает право на эти слова, впрочем, вряд ли найдется человек, знающий Тер Григора, кто оспорил бы это утверждение.
Настоятель Гандзасарского монастыря, Тер Григор собственным примером проиллюстрировал справедливость пословицы о том, что человек красит место. Как, впрочем, и наоборот тоже – Гандзасар в славословиях не нуждается, просто, видимо, они идеально подошли друг другу – монастырь и его настоятель. Это место посещает множество людей из самых разных стран, и многие, кто писал хотя бы обычные отзывы, впечатления о Гандзасаре, в усыпальнице которого, по преданию, захоронена голова Иоанна Крестителя, отрубленная Иродом, зачастую начинают с восхищения священником, умеющим найти единственно правильные слова для каждого. В Гандзасаре ведь действительно живет Бог, и Тер Григор хотел быть рядом с Ним.
И всё же, человек большого города, Тер Григор чувствовал себя в Гандзасаре одиноко. Это чувство не мешало ему исполнять свои обязанности по совести, а не по должности, но вот на слияние с райской природой, с красотой и умиротворенностью здешних мест душевных сил, видимо, не оставалось. И очень может быть, что ничего непоправимого бы не случилось, будь рядом семья, его чудесные внуки.
Профессиональный музыкант, он мог бы достичь больших высот в своем любимом джаз-роке, вообще он мог стать кем угодно, хоть футболистом, и ни в коем случае не остался бы в тени. Незадолго до смерти он написал: «Я мечтал стать человеком, а стал священником». Сказано это было, конечно, в шутку, но всё равно крайне несправедливо по отношению к самому себе – в его случае налицо нечастое идеальное сочетание Человека с большой буквы и призвания. А то, что церковь была твоим призванием, так это очевидно, Человек Божий, ты нашел в ней чистоту, созвучную чистоте твоей души…
Или вот такое предложение, оставленное в хронике Facebook за сутки с небольшим до смерти: «Как смешно, со смертью говорить о жизни». Он знал, он чувствовал, только никому ничего не сказал. Это невозможно читать спокойно. Прости нас, тех, кого ты спасал сотни раз, за то, что мы не уберегли тебя…

Невозможность прошедшего времени

Тер Григор Маркосян успел побывать и первым настоятелем восстановленного армянского храма в узбекском Самарканде. Вот здесь пригодился его музыкальный талант: он сумел создать и обучить за короткий срок церковный хор для самаркандского храма. В мае 1995 года на его колокольне был установлен крест и подвешены колокола.
Но, конечно, важнейшие страницы жизни были написаны в Арцахе. Предводитель Арцахской епархии Армянской Апостольской Церкви архиепископ Паргев Србазан рассказывает о Тер Григоре с необыкновенной теплотой. Србазан, похоже, сам не верит в то, что гандзасарского настоятеля больше нет, а скорее всего мысль эта настолько невозможна и противоестественна, что просто не может уместиться в сознании, и в отношении Тер Григора никогда не будет использована грамматическая категория прошедшего времени.
Он воевал в Шаумяне, говорит Србазан, и о войне знает не понаслышке. Архиепископ улыбается и рассказывает уникальную историю, которая могла приключиться только с Тер Григором. Во время освобождения Шуши он был настоятелем в Гандзасаре. В конце апреля 1992 года, в боях на небезызвестном посту 26, армянская сторона несла значительные потери, и настроение было близким к паническому. Аркадий Тер-Тадевосян – «Коммандос» – решил, что меры нужны экстраординарные, и именно на этом посту позарез нужен священник, капеллан, способный поднять боевой дух воинов.
Паргев Србазан назначил капелланом Тер Григора, а когда они вместе приехали на этот пост, то командир Юра Аванесян, отведя Србазана в сторону, непонимающе сказал, что они просили священника для армии, чтобы вселить в бойцов боевой дух, а на что способен этот простак-очкарик? А освобождение Шуши прошло с минимально возможными потерями.
Сам Тер Григор рассказывал, что солдат по имени Левон спас жизнь Юры Аванесяна и его заместителя, Артура Алексаняна, бросившись на гранату. Левон не погиб, остался в живых, что само по себе чудо от Бога. Левона, правда, не наградили медалью «За освобождение Шуши», сокрушался Тер Григор, а ведь ею наградили 4000 человек, хотя Шуши освобождали всего лишь немногим больше двух с половиной тысяч бойцов, и сам Аркадий Тер-Тадевосян, без которого не было бы этой победы, получил эту медаль сравнительно недавно, и сколько простых парней, вынесших на себе взятие древнего армянского города, оказались забытыми… Тер Григор не называет имен примазавшихся к чужой славе, в этом нет смысла – там, на Небесах, каждому воздастся по справедливости.
Первое, что мы сделали в Шуши, говорил Тер Григор, провели вместе с Паргевом Србазаном заупокойную мессу по погибшим в церкви Казанчецоц. Но еще до этого победного дня Србазан сказал, что нужно демонтировать памятник Ленину в Степанакерте, иначе нашей армии не видать удачи. Самое интересное в том, что победа пришла именно после того, как ночью памятник был ликвидирован.
У наших солдат, вспоминает Тер Григор, на руке был крест в качестве опознавательного знака, и Бог привел их к победе. Здесь он улыбается и вспоминает, как на посту 26 нашел ничейный автомат. Ничейный так ничейный – Тер Григор его почистил, привел в порядок и приготовился идти с ним в бой.
Юра Аванесян, заинтересованно следивший за приготовлениями Тер Григора, посоветовал ему оставить автомат в покое и взять крест, так как именно крест его мощное оружие. Тер Григор взял крест и высоко поднял его над головой – практически мгновенно к нему стал пристреливаться вражеский снайпер. Юру это привело в ярость, и он приказал священнику отставить лихачество. Потом они подружились.
Тер Григор менял рясу на военную форму, использовал автомат в настоящем бою, и это совсем не уникальный случай для армянских священнослужителей – печальная история страны знает немало подобных примеров. А в Арцахе был и есть Паргев Србазан, сказал тогда Тер Григор. Он всё сделал для того, чтобы держать дух армии на высочайшем уровне, а победа была добыта в том числе и его титаническими усилиями.

***

Давно, пару десятилетий назад, мы с Тер Григором хоронили общего друга, умершего совсем молодым – прекрасного человека, светлую и бескорыстную личность. В ответ на сетования о том, что чистые уходят молодыми, а никчемные доживают до ста лет, Тер Григор сказал: «Небесам нужны чистые, а никчемным терпеливо дается шанс хоть немного очиститься в земной жизни… Поэтому чистые уходят рано».
И, Господи, вот только теперь понимаешь, насколько он был прав. Он сейчас рядом с тобой, Господи.

Рубен Гюльмисарян

Об Авторе

Похожие материалы

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *