Аппаратное бремя казны

В ноябре минувшего года заместитель министра финансов Павел Сафарян сообщил, что ожидаемого повышения пенсий в 2016 году ждать не приходится из-за компенсации на выплату разницы в стоимости электроэнергии, которую взял на себя бюджет. Попутно вице-министр озвучил и вторую, надо полагать, более вескую причину обманутых ожиданий полумиллиона армянских пенсионеров.
«Теперь мы думаем, правильно ли мы поступили тогда, когда в течение года направили из госбюджета 80 млрд драмов на выплату зарплат», – поделился сомнениями г-н Сафарян.
Оставим в стороне тот факт, что думать обычно полагается до, а не после принятия решения, тем более столь социально значимого и резонансного, и обратимся к другому не менее глобальному решению правительства. Еще в 2013 году оно взяло на себя обязательство ежегодно повышать зарплаты и пенсии. Если бы это решение было исполнено, то уже в будущем году минимальная зарплата составила бы 90 тысяч драмов, на что теперь надеяться, конечно, не приходится.
Между тем, даже не имея до сих пор официально обозначенного фиксированного прожиточного минимума в стране, всем ясно, что уровень доходов половины населения очень далек от него, а по разрыву величины доходов между 10% самых богатых и самых бедных слоев населения мы занимаем одну из лидирующих позиций в мире. Если в странах Европы уровень доходов первых выше в 10 раз, то, по мнению некоторых экономистов и социологов, мы многократно превышаем этот показатель, хотя официальной статистики на этот счет в Армении почему-то тоже не существует. Между тем последнее значительное повышение зарплат госслужащим на фоне «замороженных» пенсий и пособий увеличивает разрыв и между средним и беднейшим слоями населения, делая последних по сути социальными изгоями общества. По прогнозу экспертов, сохранение пенсий на прежнем уровне в условиях инфляции неминуемо приведет к росту уровня бедности на 1-2 %, что, кстати сказать, не помешало некоторым депутатам и высокопоставленным чиновникам назвать бюджет нынешнего года «социально направленным».
Тем не менее обременительные затраты на содержание раздутого госаппарата, неадекватные сложившейся социально-экономической ситуации в стране, похоже, наконец, всерьез обеспокоили правительство, которое устами главы кабмина заявило о необходимости оптимизировать госаппарат. Поначалу речь зашла о сокращении штатов, но позднее позиция была скорректирована в сторону необходимости сократить число служебных автомобилей, командировочные расходы и количество принимаемых решений. Но главное как-то осталось за кадром – ведь дело не в количестве командировок и принятых решений, а в их эффективности, а это и есть «ахиллесова пята» нашего чиновничье-бюрократического аппарата.
Сколько мы можем привести конкретных примеров реально работающих решений, рожденных в недрах министерских и ведомственных кабинетов? Немного. Сколько щедро оплаченных государством зарубежных вояжей чиновников увенчалось конкретным результатом, принесло реальную пользу, обогатило полезным опытом? Ответ тот же.
Между тем раздутый аппарат руководящих чиновников перетягивает на себя значительную часть бюджетных средств, адресованных той или иной сфере – культуре, науке, здравоохранению, образованию.
«Хорошему высокопрофессиональному врачу, ученому, педагогу не нужны многочисленные циркуляры целого штата не всегда компетентных чиновников, обеспечьте ему пристойную жизнь, избавьте его от мучительных забот о куске хлеба, и он без директив и циркуляров принесет огромную пользу стране, делая свое дело достойно и честно», – говорил в интервью автору этих строк известный хирург, профессор Виктор Апоян.
Проведенное несколько лет назад исследование показало, что по количеству чиновников на душу населения мы обошли даже такое бюрократическое государство, каким был СССР. В Армении, согласно тому же исследованию, чиновники составляли 42% работающего населения, оттягивая на свое содержание более 40 миллиардов драмов бюджетных средств – более чем в 7 раз больше, чем выделялось всей науке в целом. После того как чиновникам ощутимо «приподняли» зарплаты, надо полагать, ситуация изменилась отнюдь не в лучшую для науки сторону. Впрочем, то же самое можно сказать и в отношении других не менее значимый сфер, при финансировании которых руководствуются расхожим принципом: врача накормят пациенты, педагогов – родители, ученых – гранты, а чиновников – казна. В 2016 году на содержание госаппарата в бюджете предусмотрено 6,7% его расходной части, а на поддержку науки – 1%.
Как уже говорилось, одним из действенных рычагов оптимизации станет сокращение числа служебных автомобилей, финансируемых из госбюджета, что ежегодно отторгает из нашей скромной казны 1,3 миллиарда драмов. Поразительно, что подобных излишеств не позволяют себе даже в странах, сильно опережающих Армению как по размерам своего бюджета, так и по эффективности работы своих чиновников. К примеру, в процветающей Великобритании, чей бюджет вообще несопоставим с нашим, парк служебных автомобилей раз в 6 меньше, а в парламенте одной из самых благополучных стран Европы – Дании служебный автомобиль положен только спикеру. Что же касается наших чиновников, то именно казенные колеса и личный водитель являются для них одной их важных визуальных составляющих принадлежности к госэлите. Лидерами по части особого пристрастия к служебным «лимузинам» оказались министерства юстиции, труда и по социальным вопросам и сельского хозяйства.
Недавно в рамках оптимизации правительство приняло похвальное решение сократить около 800 автомобилей. Правда, сделало это не до, а уже после утверждения бюджета. Как будут использованы направленные в казну сэкономленные средства и что даст оптимизация в целом, покажет время.

Лиана Петросян

Об Авторе

ПЯТНИЦА

Независимая еженедельная газета

Похожие материалы

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *