Альбер Богоссян – девять лет и четыре поколения

В следующем году ювелирный бренд Bogh-Art отметит свое десятилетие. Впрочем, бренд прорвался к всемирной известности мгновенно, став знаменитым в считанные месяцы. Но девять лет – это, что называется, лишь самая верхушка айсберга. На самом деле успех женевского ювелирного дома Альбера Богоссяна предопределен увлеченностью и мастерством четырех поколений.

Дом высокой ювелирной моды

Арабские шейхи-мультимиллиардеры, всяческие аристократы, немногочисленные нынче короли и простые ценители высокого ювелирного искусства знают, что у ювелирного бренда Bogh-Art всегда можно найти что-нибудь уникальное и неповторимое. Невероятной красоты камни, тонкое кружево золота, единственные в своем роде изделия, врожденное армянское умение работать с камнями – все это стало основой успеха, а на успех Богоссяны были обречены. Единичные случаи повторения какого-либо изделия могут быть только по специальному заказу, да и то о точной копии и речи быть не может, ведь камни используются редчайшие, и хотя бы оттенком на свету, но будут отличаться.
Итак, Альбер Богоссян – наследник традиций искусства ювелиров, составивших, можно сказать, династию. Подход к ювелирному делу у него, во-первых, творческий, но это не мешает ему и при ведении бизнеса, поэтому в делах ювелирного дома счастливо сочетаются оба условия, необходимых для достижения славы и финансовой обеспеченности. Последнее дает возможность Альберу Богоссяну и его семье осуществлять множество благотворительных проектов, в том числе в Армении.
То, что Vogue называет Богоссяна виртуозом ювелирного дела, а гонконгские специалисты (сегодня Гонконг – в мировых лидерах по количеству галерей и выставок-продаж предметов ювелирного искусства) говорят, что каждый предмет от Bogh-Art отмечен центральной идеей – идеей высвобождения неповторимой красоты каждого камня, совсем не удивительно. А, например, авторитетное издание SwissStyleMagazine считает, что больше «ничего не остается, кроме как полагать, что Альбер Богоссян овладел в совершенстве не только «ремеслом Богоссянов», но и, вполне возможно, ремеслом жизни».
Впрочем, Альбер Богоссян, ювелир в третьем поколении, известен не только как основатель дома Bogh-Art, но и как уникальный коллекционер – его собрание антикварных драгоценностей и предметов интерьера по праву считается одним из богатейших (если не самым богатым) в мире.
«Мы с самого начала постановили себе, что необходимо выходить с чем-то особым, с тем, что расширяет границы просто ювелирного дизайна, мы не хотели стать всего лишь очередным ювелирным домом», – говорит Альбер Богоссян. И уже все признали, что Bogh-Art это вполне удалось: одного лишь взгляда на витрины фирменного бутика в Женеве достаточно, чтобы это понять. Грань, разделяющую бизнес и искусство в ювелирном деле, вообще сложно определить, в случае же с Богоссяном находить условный водораздел и не нужно – это однозначное искусство, и оно прекрасно продается, несмотря на стоимость, которую порой не рискуешь произнести именем числительным.

Все начиналось в Бейруте

Вся семья Альбера Богоссяна, начиная с деда, занималась в основном торговлей драгоценными камнями – сначала в самом Ливане, затем заказы и поставки пошли в соседние арабские страны и во Францию. Бизнес оказался успешным, и настало время сужать специализацию: торговля сосредоточилась на редких и крупных камнях, поскольку веяниям моды они неподвластны, всегда ценны, а стоимость одного хорошего заказа может окупить месяцы работы.
Потом, видимо, взыграло творческое самолюбие – Богоссяны стали продавать украшения, сделанные собственными руками, и они быстро стали узнаваемыми, «фирменными». Однако неприятности пришли с гражданской войной в Ливане, начавшейся в 1970-ых, и семейный бизнес пришлось вывозить в Европу. Первой остановкой стал Антверпен, затем был открыт офис в Женеве. Выставлялись ювелирные произведения в основном в Базеле, но потом Богоссян счел тамошние салоны слишком коммерциализированными и сделал выбор в пользу Лондона, а в 2008 году появился уже и дом Bogh-Art.
О произведениях самого ювелирного дома можно написать целый цикл статей, и лучше, чтобы это сделали специалисты. Из всего многообразия стилей и техник, в которых создаются ювелирные шедевры от Богоссянов, особое место занимает древняя техника инкрустации, называемая Inlay, появившаяся, как говорят, в Древнем Египте и приоритетная у ювелиров Древней Индии. Заключается техника во врезании одного камня в другой, и точность движений здесь должна быть математическая, чтобы не испортить камни, а увеличить их стоимость. Драгоценный камень меньшего размера помещается в другой, побольше, и таким образом создается впечатление, что один камень вырастает из «плоти» другого. Сегодня считанные ювелиры умеют создавать подобные украшения, не используя, как и Богоссяны, никаких компьютеров и лазерных станков. Одни лишь ручные инструменты – ну и тончайший художественный вкус, разумеется, и сплошная виртуозность. При этом в большинстве работ не заметишь креплений, а металл вообще используется минимально.
«Если меня спросить о любимом моем камне, то я не смогу ответить, ведь все они – моя жизнь. У меня захватывает дух не только от редких рубинов или бриллиантов розового цвета, но и от полудрагоценных камней. И мне нравится соединять их в одной работе», – рассказывает Альбер Богоссян.
Что же касается коллекции Богоссяна, то от нее захватывает дух у тех, кто в этом понимает. Вот, например, серия фигурок от дома «Фаберже» – их очень любил Картье и постоянно скупал их у Карла Фаберже, а потом продавал за сумасшедшие деньги во Франции. Богоссян очень любит маленьких бульдогов от «Фаберже».
Одна из жемчужин коллекции – это обнимающиеся венецианские мавры, из черного дерева, с золотыми чалмами, украшенными мелким жемчугом, рубинами и белыми бриллиантами. Это типичные венецианские украшения: подобные сегодня можно найти в антикварных магазинах города или в старинном ювелирном венецианском ателье Codognato. То самое ателье из «Смерти в Венеции», если еще у нас кто-то помнит Висконти.
Но вот стиль авторских произведений Богоссяна никоим образом не пересекается с мотивами коллекции, ничего общего не найти. «Я не привык ничего копировать. Мне интереснее создавать всё заново, с нуля. Моя музейная коллекция не пересекается с современными вещами: я собираю эти предметы не для того, чтобы их копировать, а чтобы ими любоваться», – поясняет Альбер Богоссян.

РубенГюльмисарян

Об Авторе

Похожие материалы

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *